Анатолий Слюсарев (horacius) wrote,
Анатолий Слюсарев
horacius

Categories:

Кукушка (повесть). Глава 4

— Полюбуйтесь-ка на нашу разиню, — улыбаясь, говорила Мария Николаевна, — её словно подменили.
Заведующая смотрела на Дашу Матвееву, склонившуюся над книжкой, и довольно кивала головой. Педагоги обратили внимание, что с недавних пор девочка поразительно изменилась. Она внимательно слушала объяснения учителей на уроках, старательно готовила домашние задания. За один день она ухитрилась заработать две отличные отметки. Даже учитель русского языка, часто упрекавший Дашу за ошибки, отметил, что она стала писать грамотнее.

Конечно, Матвеева не была от природы глупой. Она могла назубок выучить уроки, написать упражнение идеально ровным почерком, сделать красивую вышивку. Но такое настроение бывало у Даши весьма редко. Её подруга Женя умудрялась и учиться хорошо, и веселиться в свободное время. У Даши так не получалось. На уроках она вспоминала, как раньше играла с ребятами в родном селе, думала о Лесе или нынешних друзьях по приюту. Мысли разбегались, и девочка не слышала, о чём говорят учителя.
Но иногда Дашу охватывал какой-то азарт — хотелось сделать не хуже, чем другие дети. Например, так было на уроке вышивания. В тот день снова похолодало, и лужи во дворе приюта затянуло льдом. По краям оконных стёкол наросли морозные узоры. Но Даша даже не глядела в сторону окон. Вместе с другими девочками из группы она училась вышивать.
Работа шла не слишком гладко. Иголка то и дело выскальзывала из пальцев, нитки путались. Но Даша старательно делала стежки. Ей непременно хотелось вышить коричневого верблюда на жёлтом фоне. Такую вышивку она видела на стене, куда вывешивали лучшие работы воспитанниц. « И я не хуже вышью!» — мысленно повторяла девочка, терпеливо распутывая непослушные нитки. Правда, верблюжья шея у неё получилась слишком тоненькой, словно животное страдало рахитом. Не замечая этого, Даша увлечённо вышивала.

И вдруг над её ухом раздался отчаянный крик:
— Дашка, глянь в окно! Она там!
Даша вздрогнула от неожиданности, подскочила. Иголка, зажатая в правой руке, вонзилась в основание левой кисти. Девочки не сразу заметили этого и дружно расхохотались. Соня Шишкина заливалась громче всех. Конечно, это она закричала, напугав Дашу. Но тут девочки увидели, что по руке Матвеевой ручейком стекает кровь. Некоторые испуганно стихли, другие расшумелись ещё больше:
— Она поранилась!
— Ей к врачу надо!
Дверь распахнулась, вошла наставница.
— Что за шум? — строго спросила она. — Что здесь творится?
— Мы не знаем, — с невинным видом отвечали девочки. — Матвеева вдруг вскочила и укололась своей иголкой…
— А почему Шишкина кричала? Я узнала её голос!
Соня стала отпираться, но воспитательница её не слушала. Она повела Дашу к приютскому врачу, который остановил кровь и перевязал руку. Врач тоже расспрашивал девочку, как она поранилась. Но Даша, гордая от природы, молчала и даже не показывала, что обижена. В отличие от вспыльчивой и открытой Женьки, Даша всегда копила обиды в себе.
Конечно, внутри у неё клокотали досада и злость на девчонок. «Нарочно крикнули мне в ухо, чтобы я испугалась. Что за дурацкая шутка!» — думала Даша.
Она видела, что Шишкину повели в кабинет заведующей — явно, чтобы наказать за случившееся. Даша порадовалась в душе, что обидчица получит по заслугам. Но лицо её оставалось спокойным. Жизнь в приюте учит скрывать истинные чувства.

Наступил час прогулки. На сей раз Барсукову оставили дежурить в столовой. Она не выказала и тени сожаления из-за того, что лишилась развлечения. Наоборот, веселилась вовсю — корчила рожи другим ребятам, демонстративно падала, притворяясь, что выбилась из сил.
Мишка пошёл гулять, но держался в сторонке от детей. Вытащив из-за пазухи рогатку, он принялся искать камушки. «Этот слишком мелкий, — бормотал мальчишка. — А вот тот подойдёт!». Рогатка была его главным достоянием. Он раздобыл её в прошлом году, выменяв у городского школьника на пайку хлеба и четыре куска сахару.
Когда никого не было поблизости, Мишка с удовольствием тренировался в стрельбе. Обычно он пулял по пустой жестянке, поставленной на пень. Но сегодня нашлась мишень получше — большая лохматая ворона, сидевшая на заборе. Мишка прицелился, натянул резинку…
— А ну, не смей! — кто-то толкнул Мишку в плечо.
Камень глухо ударился в ствол дуба. Мишка в ярости обернулся — перед ним стояла Даша Матвеева. Глаза её сердито блестели.
— Не стреляй в птиц! — крикнула девочка.

— А тебе-то что? — мрачно спросил Мишка.
— Что плохого тебе сделала ворона? Она тебя, небось, не трогала? — продолжала наступать Даша.
— Отстань! — отвернувшись, проворчал Мишка.
— Вот я пойду и расскажу воспиталке! Пусть у тебя отберут твою дурацкую рогатку!
Наказаний Мишка не боялся, но лишиться драгоценной рогатки ему никак не хотелось. Тихо пробурчав: «Ябеда!», он сунул рогатку за пазуху и отошёл от Даши. Несколько минут он бродил по двору, глядя себе под ноги. Даша наблюдала за ним, стоя поодаль.
Вдруг Мишка обернулся и подошёл к девочке. На его лице было загадочное выражение.
— Хочешь пойти со мной? — лукаво глядя на Дашу, спросил мальчик.
— Куда? — удивилась она.
— Ясное дело, в город, — ответил Мишка. — Я там знаю одно хорошее местечко. Знаешь, сколько всяких штук там можно найти…
Даша редко убегала из приюта. Во-первых, она боялась заблудиться в городе, а во-вторых, до сих пор дрожала, вспоминая воздушный налёт. Но слова Мишки пробудили в ней жажду приключений. Она так давно не видела ничего нового и интересного, только надоевший приютский двор! К тому же, в городе она может встретиться с Лесей. Если сестра и правда здесь, в Петрозаводске, то Даша непременно найдёт её! Она ни с кем не спутает свою Лесю!
Девочка смутно помнила жуткие дни, когда они с сестрой шли в Петрозаводск. Из родного села она уходила с завязанными глазами. Чтобы малышка не видела крови и трупов, Леся завязала ей глаза платком и только потом вывела из убежища.

— Не снимай, Дашенька, — дрожащим шёпотом говорила девушка. — А то убьют!
Даша не понимала своим детским умом, что происходит, но слушалась сестру беспрекословно. А потом было страшное путешествие пешком, голод, жажда, страх…
Мишка прервал её воспоминания. Он ловко взобрался на забор и позвал:
— Ну, чего стоишь? Лезь за мной!
Даша неплохо карабкалась по деревьям, но взбираться на заборы ей пока не приходилось. Она поставила ноги на нижнюю перекладину и застыла, не зная, что делать дальше. Мишка сверху протянул ей руку:
— Держись! Да отталкивайся ногами!
Через пару минут они спрыгнули наружу. Благо, прохожих не было, и дети, пугливо озираясь, пересекли улицу. Вскоре они оказались в соседнем квартале. Даше было страшно и одновременно очень весело. Она вновь ощущала себя вольной пташкой, покинувшей тесную клетку приюта. Вот бы сейчас оказаться в тайге, вдоволь нагуляться по зелёным полянам, увидеть островки в голубой дали Онежского озера! Впрочем, пособирать всякие интересные штучки, как обещал Мишка — тоже заманчиво…
Даша без малейшего сомнения шла за другом. Впереди были незнакомые улицы, большие здания, высокие ограды. Приют остался далеко позади.

Tags: Графоманское, Кукушка, Литература, Мои книги
Subscribe
Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment